Martini-book

Кристофер Бакли — Дебаты под Martini

Кристофер Бакли — Дебаты под Martini краткое содержание

Дебаты под Martini читать онлайн бесплатно

ДЕБАТЫ ПОД MARTINI

Посвящается маме и папе

При создании этой книги животные не пострадали

Как я придумывал название

Ну вот, опять меня застопорило на названии. Я думал, на этот раз поиски будут менее мучительными, все-таки уже шестая книга, но… А ведь я как-никак редактор журнала, львиную долю своего служебного времени обсуждаю с нашими ребятами заголовки, пора бы набить руку. И мозги, разумеется. Набиваю я их давно: еще в семидесятых, будучи младшим редактором в «Эсквайре», я лез из кожи, чтобы состряпать какой-нибудь хлесткий заголовок. «Эсквайр» ими прославился: «Фрэнк Синатра промахнулся», «Лас-Вегас (Что?), Лас-Вегас (Не слышу! Очень шумно!), Лас-Вегас. », «Притон засасывает».

Однажды я три дня напролет бился над заголовком. Над каким — ни за что не скажу, ибо вы наверняка подумаете: «Три дня — над этим?»

Практически все, что собрано в этой книге, уже было тиснуто в нашем журнале. «Рэндом-хаус» предпочел бы, чтобы я скрыл от вас эту подробность. Издатели любят поставить на обложку словечко «избранное», в духе производителей супов, которые пишут на пакете что-то вроде: «срок годности до 2010 г.».

Этот сборник я хотел назвать так: «Oeuvre[1] для вас». Oeuvre — слово апробированное, изысканно французское. Как оно произносится, никто толком не знает, но если вы передразните вопль, с которым брякают на стол обжигающую тарелку с choucroute garni[2], получится то, что нужно. Я послал этот вариант отцу — по факсу, ведь книга посвящается ему, ему и маме. И в ответ получил: «НЕТ. », что, видимо, означало НЕТ в третьей степени.

Тогда я поднатужился и придумал «Загубленные выходные», что звучало импозантно и достойно. Как правило, все мои заголовки поспевали к понедельнику, да, именно по понедельникам я опробовал их на своем редакторе Джонатане Карпе. Чуткий Джон — деликатность его «фирменное» свойство — согласился, что безусловно достойно и весьма импозантно, но тут же добавил, что «нагоняет тоску». Некоторые решат, сказал он, что им предлагают нечто душераздирающее, раз «загубленные».

Я, разумеется, не претендую на сравнения, но, ей-богу, не факт, что Гиббону удалось бы пристроить в нынешние издательства рукопись его эпохального бестселлера «Закат и падение Римской империи». Вероятно, редколлегия предпочла бы примерно такой вариант: «Разврат, обжорство и оловянные кубки — губители Римской империи. Как это было. Возможно ли возрождение?» Вы только представьте! Или что-нибудь совсем коротенькое, скажем, так: «Варвары уже на пороге».

Ну а мой очередной шедевр был таков: «Продается труп диктатора». Этот шедевр был навеян примечательной историей. Однажды (как говорится, из песни слово не выкинешь) мы пошутили — в журнале «Форбс-ИФГ»[3], где я служу. На полном серьезе заявили, что русские в погоне за твердой валютой дошли до ручки и готовы выставить на аукцион труп Ленина. Питер Дженнингс, комментатор Эй-би-си тут же выдал это в эфир в вечерних новостях, а русские тут же кое-что выдали в ответ: пригрозили межконтинентальной баллистической ракетой. В общем, шум поднялся знатный, на весь мир. Тем не менее Карп на эту гениальную находку отреагировал крайне сдержанно: «Диктатор, да еще дохлый, то есть мертвый… Нет… на книгу с таким названием никто не раскошелится».

Во всех издательствах архивы битком набиты отвергнутыми заголовками. Несколько лет назад Андре Бернар даже написал, можно сказать, приключенческую книгу под названием «А теперь нужно только придумать название», где описаны потрясающие факты. Оказывается, «Великий Гэтсби» Фицджеральда едва не был наречен «Яйцом на пиру Тримальхиона». (Тримальхион — имя одного богатенького выскочки из петрониевского «Сатирикона»). Свое «Возвращение в Брайдсхед» Ивлин Во хотел назвать «Пристанищем веры». Еще пример — книжка Вудворда и Бернстайна «Вся президентcкая рать»[4], первоначальный вариант — «А в это самое время»[5]. Не мелькнет ли теперь в мыслях каждого из нас резонное сомнение: «Так бы мы им и поверили, хоть в то время, хоть в это»?

Я продолжал насиловать свои хилые мозги и сотворил очередной шедевр: «Хвалебное слово Тому Клэнси». А что, мне лично понравилось. В этом ощущался налет таинственности, je ne sais quoi[6], и меня обуяла подспудная надежда, что поклонники Клэнси, — а их, между прочим, пять миллиардов, — простодушно примут это название за чистую монету, и я вмиг стану денежным мешком. Тут тоже есть своя предыстория: наш с мистером Клэнси короткий поединок, начавшийся после того, как я накропал для «Нью-Йорк таймс» рецензию на одну из его книг. Там я назвал его расистом и самым успешным плохим писателем со времен Джеймса Фенимора Купера. Эта сентенция тоже была данью уважения — Марку Твену, чье эссе «Литературные преступления Фенимора Купера» и поныне остается непревзойденным образцом искрометного абсурда. Однако мистеру Клэнси почему-то не понравилось, что его искрометно обозвали расистом и плохим писателем, и вскоре мой факс, издав грозное рычание, начал исторгать из пасти длинные послания. Они каким-то образом попали в газеты (клянусь, что я тут ни при чем!). Тогдашняя наша с Клэнси бурная склока (оба, что называется, писали кипятком) несколько дней радовала любителей разделов светских сплетен.

Но в конце концов мы с Карпом решили, что вся эта таинственность больше смахивает на «цеховые» шуточки, и к тому же не стоит — исходя из сугубо финансовых соображений — навлекать на себя гаев пяти миллиардов поклонников Тома Клэнси.

Далее я предложил «Двойные подушки». Поначалу до Карпа вообще не дошло, что речь идет об автомобильных подушках безопасности, этот нью-йоркский пижон ездит только на такси, точнее, на заднем его сиденье, при этом за рулем сидит не сам Карп, а какой-нибудь Ибрагим Абухалима (что в переводе с арабского означает: «Америка еще схлопочет за свои шашни с Израилем!»). Короче, я объяснил ему, что подушки эти пользуются сейчас невероятным спросом, поэтому книга с таким названием тоже будет хорошо раскупаться. И вообще тут есть изюминка, подтекст: автор, возможно, не только болтает о двойных подушках, но его самого надули с этими подушками. Причем дважды. Или как эти подушки. Причем в два приема. Карпу название понравилось, и мы бы наверняка на нем и остановились… если бы не решительное «фи!» со стороны остальных.

После чего я принес весьма симпатичный, на мой взгляд, вариант: «Где-то я про вас слышал». Типичная фраза из разговора с попутчиком в самолете:

Сосед: Ну а вы чем занимаетесь?

Сосед (сразу оживившись): Что вы говорите? А как вас зовут?

Сосед (сосредоточенно нахмурив брови): Где-то я про вас слышал. Точно, слышал.

Я (с нарочитой небрежностью): Совсем не обязательно.

Сосед: Раз вы писатель, то наверняка знаете Джона Гришема.

Я (поспешно, пока он снова не заговорил): Кого-кого?

Сосед (минут за пятнадцать пересказав мне вкратце все творения Гришема): У меня есть все его книги. И в твердых обложках, и в мягких. И аудиокассеты есть. Я покупаю их, когда книга еще не вышла.

Я (сделав вид, что меня чрезвычайно заинтересовала статья «Что нового можно найти в Ньюарке?», напечатанная в рекламном журнальчике): Ну что же, если вам по вкусу такие вещи…

Сосед: А вы знаете, что тираж его книг достиг уже пятидесяти миллионов?

Я: Мне лично кажется, что главный судья — время, ему решать, будут ли вас печатать через сотню лет. Лично я на подобную честь не претендую. Ну а этот парень, этот Гришем, возможно, и проскочит, раз вы так на этом настаиваете.

Поклонники книги «Как достичь превосходства над другими», конечно же, поймут, что этот диалог — дань уважения Стивену Поттеру[7](1900-1965). Разумеется, я притворялся. Я знаю о Джоне Гришеме все, и все о его книгах, выпущенных пятидесятимиллионным тиражом. И я его ненавижу. Небось и на альковном поприще у него все отлично, черт его возьми. Как бы то ни было, заголовок «Где-то я про вас слышал» тоже полетел в корзину, его сочли слишком претенциозным.

На этот раз я обиделся и сделался угрюмым, совсем как в детстве. Будучи единственным чадом, я часто пребывал в подобном настроении. «Позвольте мне делать все, как я хочу, — сказал Томас Карлейль, — и я стану самым жизнерадостным и покладистым созданием на свете». Выслушав эту цитату, жена моя лишь горько усмехнулась.

Карп самоотверженно предложил свои услуги: он сам придумает название книги. Через несколько дней факс исторг листочек с двумя словами: «Десять заповедей». Грандиозно. Но я отверг этот эпохальный вариант. Должен сказать, Джонни Карп первоклассный редактор, он умница и весельчак, он азартный трудоголик, он благороден и великодушен, он всегда звонит, когда попросишь, он очень серьезный человек. (Во время летнего отпуска торчит в университетской библиотеке, перечитывая Толстого и Достоевского, ей-богу, я не шучу.) Ну а теперь, после всего вышеперечисленного, я все же рискну сказать, что «Десять заповедей» — самый бездарный заголовок со времен «Яйца на пиру Тримальхиона».

Martini Book

Get A Copy

Friend Reviews

Reader Q&A

Be the first to ask a question about Martini Book

Lists with This Book

Community Reviews

The Martini Book is a well-illustrated, narrowly-focused introduction to cocktails. I would not call it «essential» — there are better guides for those who seek an exhaustive reference. As such, it serves well as a first book as well as an entertaining addition to an established cocktail library.

The manual is reasonably complete and well-organized. With the exception of The Classics (which includes only dry martinis and the Vodka Martini) the body is arranged alphabetically by drink names The Martini Book is a well-illustrated, narrowly-focused introduction to cocktails. I would not call it «essential» — there are better guides for those who seek an exhaustive reference. As such, it serves well as a first book as well as an entertaining addition to an established cocktail library.

The manual is reasonably complete and well-organized. With the exception of The Classics (which includes only dry martinis and the Vodka Martini) the body is arranged alphabetically by drink names (called «Recipes»).

After the obligatory Introduction comes Ingredients. The reader will find listed (8) widely available high end gin makers and (10) vodka makers.

Flavored vodkas are next — with no particular recommendation except to say «the best pepper vodka is homemade». Ms. Berk encourages using homemade flavored-vodkas. In addition to pepper she suggests these flavors us, which are used in the recipes:

cranberry, currant, lemon,
orange, peach, raspberry,
strawberry, vanilla

(I approve — I have yet to buy «Citron» (Absolut lemon vodka) — preferring to add lemon to unadorned vodka in the Cosmopolitan. In fact I’ve found that homemade cranberry juice with an added fourth part simple syrup to make an excellent, slightly tart, Cosmo)

Berk then addresses flavored gins — and recommends against them. She rounds out the discussion of spirits by saying that scotch, whiskey, and rum are required in some of the recipes.

Vermouth, mixers, and an extensive list of garnishes complete the Ingredients Section.

Equipment is addressed next. The single most-essential device is the three-piece stainless steel cocktail shaker and Berk gives this first notice. Next come the mixing glass, stirring spoons, and glasses follows by stainless steel spoons and the ubiquitous double-sided jigger.

Oddly, the author omits these items:

— the essential manual juicer (get one made of stainless once you break your glass one)
— a large(r) liquid measure (I like my straight-sided Anchor Hocking 5-oz. glass, see below). Not «essential» but handier than jiggers.
— a pitcher — essential when making more than two or three cocktails.

A page is devoted to Measurements, however, this should be taken with a Margarita-rocks-with-salt (see ERRATA)

All proper references include an index. This one ends with two — for Recipes and Ingredients — a great touch.

Four Stars for a fine introduction to Cocktails.

Any bar manual worth its salt addresses measurements — and so does The Martini Book, however, there are errors. The tablespoon is correctly reported as 16-to-the-cup. But a standard tablespoon is exactly 1/2-ounce (not «about 3/8-ounce» — if a butter package gets this right, so can a bar manual). A standard teaspoon is exactly 1/6-ounce, (not «about 1/8-ounce»).

I have to say that looking thorough this fine manual makes a man thirsty (so excuse me for a few minutes).

Praise is due the author for presenting recipes using ratios (in parts). For me, the parts method is easiest to remember. Classic Sours start with 8/2/1 Liquor/Juice/Syrup — easy.

With a minor fraction of the 201 drinks, ratios are combined with concrete measures. The Manhasset is given as 12/1/1 — Whiskey/Dry Vermouth/Sweet Vermouth with «one tablespoon fresh lemon juice». Consulting other references gives the same proportions and establishes the liquor amount at 1-1/2 oz — the same will work for the other recipes.

I note that the Gimlet recipe (and two others) includes Rose’s Lime Juice. I assert that Rose’s be only used on a long ocean-going voyage without refrigeration (for which it was developed in the 19th Century) or similar privations. Lest you think Rose’s is handy to assure quickness at a busy party, I suggest that the Host instead prepare lime and simple syrup before the guests arrive.

I laud the author for recommending Rye for the Manhattan and its variants. Rye is an excellent change from bourbon and should always accompany your other brown liquors.

On balance — considered against introductory books — 4 STARS.

5-OZ. ANCHOR HOCKING MEASURE (this one with sloped sides):

Martini book